Биография Родиона Нахапетова
Родион Нахапетов – актёр, которого в конце 60-х узнавала на улице вся страна, и режиссёр, приведший в кино Веру Глаголеву. Зрители помнят его молодым Лениным у Марка Донского, тихим Родиным во «Влюблённых», кинооператором Потоцким в «Рабе любви» и лётчиком Белобровым в «Торпедоносцах». Как режиссёр он снял «На край света…», «Не стреляйте в белых лебедей» и «О тебе».В конце 1980-х Нахапетов улетел в Голливуд, пережил там безденежье, женился на продюсере Наташе Шляпникофф, вместе с ней спасал российских детей с пороками сердца и снимал «Русских в городе ангелов».
Детство и семья
Родион Рафаилович Нахапетов родился 21 января 1944 года в Пятихатках на Днепропетровщине.Его мама, Галина Антоновна Прокопенко, учительница по образованию, состояла в криворожском подполье. Летом 1943 её отправили через линию фронта: нужно было донести до Красной армии сведения о немецких частях и ремонтных станциях для танков под Кривым Рогом.
Путь до Сталино, нынешнего Донецка, должен был занять три недели, но растянулся почти на полгода. Галину задерживали патрули, избивали, однажды бросили в лагерь и приговорили к расстрелу – она бежала.
По дороге девушка поняла, что ждёт ребёнка, и стала говорить немцам, что ищет своего возлюбленного Вилли, чтобы обрадовать его новостью. Задание она выполнила.
Возвращаясь с наступающими советскими частями, Галина попала под бомбёжку на узловой станции Пятихатки и родила сына прямо в развалинах. Новорожденного она прикрывала подушкой от сыпавшихся камней и осколков.
Мальчика она назвала Родиной – в честь своей подпольной группы. Это имя пережило два «исправления». В 1960-м паспортистки решили, что женское окончание здесь ни к чему, и записали юношу Родином. Спорить он не стал. А Родионом он сделался уже в кино: просматривая титры одного из первых его фильмов, редактор принял имя за опечатку и дописал «недостающую» букву.
Правду мальчик узнал случайно, подслушав мамин разговор с подругой. А потом у дома его окликнул незнакомец, спросил, как зовут, и попросил позвать маму – передать, что приехал отец. Родители целый день проговорили на скамейке, сын бегал рядом по траве и ловил на себе пристальный взгляд чужого мужчины.
На прощание тот подарил им радиоприёмник «Москвич» и исчез навсегда: после войны он вернулся в Армению, к семье, которая была у него ещё до знакомства с Галиной.
Продолжение у этой истории случилось через полвека. Когда Нахапетов снимал в Ереване «Мою большую армянскую свадьбу», его разыскал единокровный брат Валерий. От него Родион узнал, что отца не стало в 1991, а за пару лет до смерти тот признался семье: в войну у него был роман, у него родился сын, и этот сын теперь известный артист. Валерий отвёз брата на могилу.
Сам Нахапетов так и не понял, как относиться к отцу: он смотрит на фотографию и ничего не чувствует – слишком много пришлось вынести им с мамой без него.
До пяти лет Родина жил у бабушки в селе Скелеватка под Кривым Рогом, пока мама учительствовала по сельским школам. В 1950-м они перебрались в Днепропетровск: Галина Антоновна стала старшей пионервожатой и учительницей украинского в школе №34, там же сын пошёл в первый класс. Жили они впроголодь, снимали углы, одно, благо, тёплое лето провели в сарае. Потом у матери нашли открытую форму туберкулёза, и жить с ней под одной крышей мальчику запретили врачи.
В первую же зиму старшие отобрали у младших бельё, мальчик застудил почки, кожа на руках пошла водянками. До детдома он ходил в музыкальную школу, поэтому здесь попал в оркестр и играл на альте. Оркестр часто звали на похороны, и на морозе приходилось водить смычком негнущимися пальцами.
Кулаки он тоже пустил в ход – научился давать сдачи, хотя получал чаще, чем давал. А в десять лет вместе с другими ребятами уже курил окурки, подобранные у общественного туалета. Домой его забрали, когда мама подлечилась, а школа добилась для неё комнаты в коммуналке на Рабочей улице.
Отучать его от детдомовских привычек пришлось долго. Мама подсовывала сыну книги, записала его в судостроительный кружок. Он собрал модель парусной яхты, взял второе место на областном смотре и всерьёз мечтал о Нахимовском училище.
В театральной студии при Дворце культуры машиностроительного завода его учителем стал Дмитрий Брозинский, актёр Днепропетровского театра имени Шевченко. Тот быстро заметил, что подростку удаются роли, далёкие от него самого, – старики, злодеи, диковинные звери, – и щедро их раздавал.
Карьера
В 1960-м шестнадцатилетний Нахапетов поехал во ВГИК. Курс набирал Юлий Райзман, но у него не ладилось с фильмом «А если это любовь?», и экзамены за него принимали Сергей Герасимов и Тамара Макарова.Абитуриенты один за другим читали есенинское «Письмо матери», и Родион, который сам готовил именно его, решил выделиться: объявил отрывок из горьковского «Детства», в котором старик учит Алёшу грамоте. Герасимов с Макаровой расхохотались – мальчик, изображающий деда, их покорил.
С южнорусским говорком потом пришлось воевать всерьёз, зато общежитие на Яузе, репетиции до двух ночи и поиски чужой жареной картошки по этажам Нахапетов вспоминает как чистое счастье.
На третьем курсе к студентам заглянул парень в сапогах, похожий на тракториста, и долго смотрел их отрывки. Это был Василий Шукшин, искавший актёров для «Живёт такой парень». Нахапетова ему посоветовала однокурсница Лидия Александрова, будущая Чащина.
Девятнадцатилетний студент сомневался, потянет ли инженера Гену, который по сюжету старше и уже окончил институт, однако режиссёр решил, что выглядит он солидно. Так случилась экспедиция на Алтай, в шукшинские Сростки. Там же завязалась дружба с Леонидом Куравлёвым.
Брови сбрили, залысины выбрили, волосы осветлили и утвердили за два дня до съёмок «Сердца матери». Первой же сценой оказался каток, а на коньках Нахапетов не стоял ни разу. Его просто выталкивали в кадр.
Готовился он основательно: сидел в архивах, ходил в Музей Ленина, расспрашивал старых большевиков и исписал толстый блокнот подробностями – как вождь психовал, проигрывая в шахматы, или хохотал посреди дороги, когда грабители отобрали у него машину.
На съёмках старый мастер приоткрыл ему другую профессию. На берегу Волги группа три часа ждала команды «мотор», и только когда с востока наползла туча, Донской начал снимать: сцене нужна была тревога, а не солнце.
В дилогии «Сердце матери» и «Верность матери» Нахапетову пришлось прожить жизнь Ленина от 16 до 47 лет, хотя самому ему было двадцать. Роль принесла премию Московского комсомола и орден «Знак Почёта» – и страх навсегда остаться «Ильичом».
Когда Донской позвал его в «Надежду», Нахапетов деликатно сослался на занятость. Режиссёр обиделся и полгода с ним не здоровался, а Ленина в итоге сыграл Андрей Мягков.
Собственное лицо и цвет волос Нахапетову, как он сам выражался, вернул Эльёр Ишмухамедов. После его мелодрам «Нежность» и «Влюблённые» Нахапетов стал главным лириком советского экрана. С режиссёром они так сдружились на почве любви к Феллини, что звали друг друга Эльёрини и Родиони.
Были и роли, которые не сложились. За молодого Исаева в «Пароль не нужен» по Юлиану Семёнову он получил приз за лучшую мужскую роль на кинофестивале в Минске и, узнав, что Татьяна Лиознова готовит «Семнадцать мгновений весны», сам напросился к ней на встречу. Но режиссёр решила, что для Штирлица он слишком молод.
Режиссура всё сильнее притягивала Нахапетова, и он вернулся во ВГИК – на этот раз в мастерскую Игоря Таланкина. Курсовой работой стала короткометражка «Вино из одуванчиков» по Рэю Брэдбери с Владимиром Зельдиным и Махмудом Эсамбаевым.
Полнометражный дебют «С тобой и без тебя» (1974) с Мариной Неёловой и Юозасом Будрайтисом объездил международные фестивали и получил в Брюсселе премию «Золотая Фемина» за гуманизм.
Вторая картина, «На край света…» (1975) по пьесе Виктора Розова, далась тяжело: начальству не понравился слишком дерзкий герой, фильм трижды перемонтировали. Зато именно там в жизни режиссёра появилась Вера Глаголева – о ней чуть ниже.
В 1975 Никита Михалков позвал Родиона Нахапетова в «Рабу любви», которую начинал Рустам Хамдамов. Сначала картину предлагали доснять самому Нахапетову, но он отказался: в чужую стилистику, считал он, не попадёт. Михалков пригласил его на главную мужскую роль, и одесские съёмки остались в памяти как одни из самых лёгких. Репетировали под музыку, жили в гостинице цирка, по выходным плавали в море и гоняли в футбол, а режиссёр уже тогда каждую среду голодал.
Как режиссёр он в те годы снял «Врагов» по Горькому, «Не стреляйте в белых лебедей» по повести Бориса Васильева, «Идущего следом», «Зонтик для новобрачных» и музыкальную притчу «О тебе» – о девушке, которая родилась поющей в мире, где все разговаривают прозой. На телефоруме в Монте-Карло эта лента взяла «Золотую нимфу».
Самой масштабной стала картина «На исходе ночи» (1987) о первых днях войны: её Нахапетову поручил Сергей Бондарчук, снимали в Севастополе, Берлине и Гамбурге с тысячными массовками. Фильм купила студия 20th Century Fox и показала в 91 стране, а на родине у режиссёра, по его признанию, сразу прибавилось завистников.
Личная жизнь
Вера Глаголева
К тридцати годам Нахапетов оставался холостяком – замкнутым человеком, которого от необдуманных романов уберегала робость. В 1974, когда он искал героиню для «На край света…», оператор Владимир Климов посоветовал присмотреться к девушке, бродившей по коридорам «Мосфильма».Восемнадцатилетняя Вера Глаголева, которая пришла на студию на закрытый просмотр к подруге, была мастером спорта по стрельбе из лука и в актрисы не собиралась. Ассистентам она так и ответила. Именно это и подкупило режиссёра: девушка держалась перед камерой так легко, будто текст рождался у неё в голове на ходу.
Предложение он сделал в Одессе, на съёмках «Рабы любви». Они бродили по ночным улочкам и Потёмкинской лестнице, Вера готовила на гостиничной кухне сырники, вкус которых он помнит до сих пор, и мечтала о ВГИКе. Нахапетов признаётся, что сам её отговорил: испугался, что институт, репетиции и молодые однокурсники её у него отнимут.
Он снимал жену во всех своих фильмах и гордился, что «вылепил» из неё актрису, хотя на съёмки к Анатолию Эфросу отпустил, а в театр к нему – уже нет. Однажды трубку в их доме сняла Вера, и Фаина Раневская потом спросила Нахапетова, не с ангелом ли она сейчас говорила. «Нет, это моя жена», – ответил он. «Нет, не спорьте, она не жена, она ангел», – настаивала Раневская.
В 1978 у супругов родилась дочь Аня, в 1980 – Маша. Отец снимал дочек на восьмимиллиметровую плёнку, разыгрывал с ними домашние спектакли и заставлял учить стихи. Когда трёхлетняя Аня пустилась в пляс под музыку, объявил: «У нас растёт балерина!» – и не ошибся.
Трещина появилась во время съёмок «На исходе ночи», где роли для Веры не нашлось. Она обиделась и стала относиться к работе мужа критичнее. Сам он считает, что из семьи всё равно не ушёл бы, если бы не встретил Наташу.
Наталья Шляпникофф
Наталья Шляпникофф родилась в 1954 году в Харбине, в семье русских эмигрантов первой волны. В 1957 их выставили из Китая, бабушка выбрала Чили, и в Сантьяго семью поселили в католическом монастыре. Потом дядя-учитель перевёз всех в США, Наташа окончила бизнес-школу в Сан-Франциско, училась продюсерству в Лос-Анджелесе и работала в Ассоциации независимых телевизионных станций.«На исходе ночи» она увидела на просмотре в университете и сочла его великолепным. Когда режиссёр прилетел в Америку (об этом чуть позже), она стала его менеджером – переводила тексты, водила на переговоры, а потом пустила пожить в свободную комнату своего дома, чтобы он не тратился на мотель. Благодарность, говорит Нахапетов, постепенно переросла в любовь.
Решающая сцена разыгралась, когда Глаголева прилетела в Америку на гастроли с антрепризой и привезла дочерей. Нахапетов решил не вести двойную жизнь и познакомил девочек с Наташей и её дочерью Катей. Месяц сёстры жили у отца, а уезжая, оставили письмо: пусть выбирает между ними и этой женщиной. Аня потом долго слала ему гневные письма.
В 1991 году Нахапетов развёлся с Глаголевой и обвенчался со Шляпникофф в православной церкви. Глаголеву он благодарит за то, что она никогда не настраивала дочерей против отца. Вскоре она вышла замуж за бизнесмена Кирилла Шубского. Отношения с дочерьми наладились.
Маша какое-то время жила с отцом и училась в школе в Беверли-Хиллз, позже окончила в Лос-Анджелесе школу компьютерной графики и сыграла в его «Заражении». Внучка Полина однажды подвела итог всей этой истории: «Дедушка Родион и бабушка Вера просто разлюбили друг друга».
Аня двадцать лет танцевала в Большом и стала драматической актрисой, Маша – художница. У него трое внуков: Полина, дочь Анны, и сыновья Марии Кирилл и Мирон.
Переезд в Голливуд
В 1988 году студия пригласила его в Лос-Анджелес на рекламную кампанию картины. Задерживаться он не собирался. Дома ждали жена и дочери, на «Мосфильме» готовилась сатирическая «Стена» по пьесе Александра Галина.Но у продюсеров кончились деньги, проект закрыли, а лирическое кино, которое он умел снимать, на исходе 1980-х становилось никому не нужным. Сам Нахапетов объяснял это так: ему казалось, что лиричный кинематограф уходит в сторону, «а я ведь лирик по натуре». В Америке же к нему, автору купленного Голливудом фильма, отнеслись как к уважаемому режиссёру.
Первые американские годы вышли тяжёлыми. Президент Paramount Барри Лондон похвалил его работы и переправил к коллеге по производству, а тот через две недели ответил отказом. В Fox то один нужный человек уезжал, то другой не приезжал.
Нахапетов учил английский, продавал документалистам идеи фильмов по тысяче-полторы долларов, а платить ипотеку за дом на Голливудских холмах было нечем – дом пришлось сдать музыканту и жить у родственников жены в летнем домике за двести километров от Лос-Анджелеса.
Перелом случился в 1992. Вместе с соавтором-американцем Рональдом Паркером Нахапетов написал любовную историю под Джессику Лэнг. Судьба заявки зависела от президента Fox по производству Роджера Бирнбаума. Перед встречей жена Наталья Шляпникофф сунула ему в карман открытку с изображением Иоанна Шанхайского – святой когда-то помог её маме.
Бирнбаум откровенно скучал и поглядывал на часы, кассета с фрагментом «Зонтика для новобрачных» заела: звука нет, картинка прыгает. В этот момент, вспоминает Нахапетов, сердце словно прогладили горячим утюгом. А Бирнбаум вдруг вернул кассету и велел оформлять договор.
Контракт на 250 тысяч долларов на разработку сценария вытащил семью из долгов. Фильм так и не сняли – продюсеры решили, что Лэнг для любовной истории уже не подходит, – но с тех пор Иоанна Шанхайского супруги считают покровителем семьи.
В 1993 Нахапетов и Шляпникофф основали собственную компанию RGI Productions. Первым американским фильмом стал триллер «Телепат», затем был «Пограничный блюз». По заказу Первого канала они сняли в Лос-Анджелесе три серии «Убойной силы» под названием «Миссия выполнима», а в 2002 – сериал «Русские в городе ангелов», где с Владимиром Николаевым и Лидией Федосеевой-Шукшиной играли Гэри Бьюзи, Эрик Робертс и Шон Янг.
Благотворительность
Как-то ночью в дом Нахапетова позвонил незнакомый мужчина, раздобывший телефон на «Мосфильме». Его грудная дочь умирала от порока сердца, а российские врачи браться за операцию не решались.Нахапетов откликнулся особенно остро – такой же диагноз ему самому поставили в детстве. Утром Наташа обзвонила лучших кардиохирургов Лос-Анджелеса, и японец Таро Ёкояма согласился оперировать бесплатно.
Девочку спасли, слух разлетелся по российским больницам, и на супругов обрушился поток писем с фотографиями больных детей. В американских клиниках удалось прооперировать двенадцать маленьких пациентов, и стало ясно, что разумнее везти врачей в Россию, чем детей в Америку.
Так появился Фонд дружбы Нахапетова. В 1995 25 специалистов клиники Стэнфордского университета во главе с кардиохирургом Брюсом Райтсом прилетели в Казань и за две недели провели 32 операции на открытом сердце. Врачи работали бесплатно, а фонд оплатил перелёт и подарил российским коллегам около десяти тонн оборудования и лекарств.
Через три года похожая акция прошла в Центре Бакулева с хирургами Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Однажды переводчица упала в обморок от вида крови, и в операционную пришлось втолкнуть Наташу – медицинских терминов она не знала, но нервы оказались крепче. К 2016 году, по словам Нахапетова, на счету фонда было больше трёхсот спасённых детей.
Возвращение в Россию
С 2000-х Нахапетов снова много работал в России. В 2004-м снял в Ереване «Мою большую армянскую свадьбу» с Арменом Джигарханяном, Маратом Башаровым и Марией Шукшиной, сыграв там отца невесты, а у Ишмухамедова во «Влюблённых 2» через 35 лет вернулся к своему Родину.Самой личной его работой стал триллер «Заражение» (2008) с Эриком Робертсом, Карен Блэк и Андреем Смоляковым – о школьном учителе, который прячется от правосудия в психиатрической клинике и попадает в руки врача, ставящего опыты над людьми.
За этим сюжетом стоит история его матери. Работая воспитателем в колонии, Галина Антоновна тайком выносила письма политзаключённых их семьям, а потом написала о творившихся там издевательствах в горком, а затем и в ЦК. В начале 1960-х её упекли в психиатрическую больницу в Игрени. Сын узнал об этом, когда очередной денежный перевод вернулся с пометкой «адресат выбыл».
Галина Прокопенко умерла в 1966 году, успев увидеть сына в «Сердце матери». Нахапетов уверен, что болезнь спровоцировали те самые уколы. В фильме он поменял почти всё – мать стала отцом, сын дочерью, а действие переехало в наши дни, – но, как признавался режиссёр, буквальная автобиография ему и не была нужна. В Сиене картина получила специальный приз ЮНИСЕФ «За гуманизм».
Позже Нахапетов чаще появлялся в чужих проектах – в «Пауке», третьем сезоне ретродетектива «Мосгаз», и в мелодраме «Старое пианино», которую Россия-1 показала весной 2023 года.
Две большие режиссёрские мечты так и остались на бумаге. Первая – полнометражное «Вино из одуванчиков». С Брэдбери они с Наташей познакомились на автограф-сессии в книжном магазине и потом почти десять лет встречались чуть ли не каждую неделю – за сухим вином, сыром и острым перцем халапеньо.
Однажды, пока муж был в Москве, Наташа показала писателю его студенческую короткометражку, и тот, по её словам, плакал у экрана. Брэдбери отверг первый вариант сценария и одобрил второй: «Ты понимаешь, как надо делать, садись и пиши», – уговаривал он. Нахапетов дал ему слово снять фильм, но при жизни писателя денег найти не удалось.
Вторая мечта – картина об Иоанне Шанхайском. Сценарий написан, о проекте Нахапетов говорил с руководством церкви, однако найти финансирование для истории, которая разворачивается в Шанхае, Харькове, Франции и Сан-Франциско, оказалось почти невозможно.
Родион Нахапетов сейчас
Больше тридцати лет режиссёр живёт в Лос-Анджелесе, хотя сам всегда спорил с тем, что «давно не живёт в России». Ещё в 2019 он уверял, что прилетает каждые полтора-два месяца, к дочерям, внукам и друзьям.
Детали публикации
Дата обновления
Источники изображений:
Kino-teatr.ru,
Rodionnahapetov.com,
@rnahapetov
Лучшие фильмы
- 2013: «Клянёмся защищать»
- 1983: «Торпедоносцы»
- 1980: «Валентина»
- 1976: «Раба любви»
- 1964: «Живет такой парень»