Биография Дженсена Хуанга
Дженсен Хуанг – сооснователь и бессменный глава Nvidia, компании, чьи чипы стали главным топливом во время бума искусственного интеллекта в середине 2020-х.Он придумал её в тридцать лет за столиком придорожной закусочной, в середине 90-х едва не довёл до банкротства, а в октябре 2025 года Nvidia стала первой в истории корпорацией стоимостью 5 триллионов долларов.
Фото: NVIDIA Taiwan / Wikimedia Commons, CC BY 2.0
Детство и семья
При рождении его звали Хуан Жэньсюнь. В английском написании – Jen-Hsun, отсюда и «Дженсен». Он появился на свет 17 февраля 1963 года на Тайване и стал младшим из двух сыновей. Отец, Хуан Синтай, был инженером-химиком на нефтеперерабатывающем заводе, мать, Ло Цайсю, преподавала в школе.Мечта об эмиграции в Америку не отпускала семью с конца 60-х, когда отец впервые съездил в Нью-Йорк по программе обучения от работодателя и вернулся с твёрдым решением: дети должны учиться в США.
Мать взялась готовить мальчиков к переезду, хотя сама английского не знала. Каждый день она выбирала из словаря десять случайных слов и заставляла сыновей писать их по буквам и объяснять значение. Проверить ответы она, разумеется, не могла. Через полвека Хуанг скажет, что из этого опыта и вырос вопрос, который десятилетиями ведёт его вперёд: «Насколько это сложно?».
Когда Дженсену было пять, отца перевели в Таиланд, и следующие несколько лет семья прожила в Бангкоке, пока страну не тряхнул очередной военный переворот. Оставлять там детей родители побоялись. Отправлять их было, по сути, не к кому. Оставался разве что дядя в Такоме, штат Вашингтон, у которого Хуанги ни разу не гостили. Его и попросили подыскать в Америке школу, которая возьмёт на пансион двух мальчишек-иностранцев за скромные деньги: лишних у семьи не было.
Школой этой стал баптистский институт в крохотной Онейде, в одном из беднейших округов Кентукки. Родственники приняли его за солидный пансионат, а на деле это было заведение для трудных подростков, где все поголовно курили, споры решали ножами, у шкафов в спальнях не было дверей, а у комнат – замков.
Соседом 9-летнего Дженсена по комнате оказался 17-летний парень, обмотанный пластырем после очередной драки, главный силач школы, не умевший читать. Младший научил старшего грамоте, старший в ответ научил младшего жать штангу лёжа.
Без дела там не сидел никто. Брата отправили на табачные поля, с которых школа жила, а Дженсену, самому младшему, поручили мыть туалеты за сотней старшеклассников. Днём он ходил в местную начальную школу, где низкорослого азиатского мальчишку с длинными волосами и ужасным акцентом постоянно били. Никаких школьных психологов тогда не водилось, вспоминал Хуанг, надо было просто стиснуть зубы и жить дальше.
И всё же чёрной полосой он эти годы не считает. Связь с родителями он поддерживал с помощью дешёвого кассетного магнитофона. Международные звонки были не по карману, поэтому раз в месяц братья наговаривали на плёнку новости и слали её в Бангкок, а оттуда приходила та же кассета с записанным поверх ответом.
Родители добрались до США через два года, почти без сбережений. Мать устроилась горничной, отец обзванивал все объявления в газете, пока не получил место в инженерной фирме, проектировавшей заводы. Семья осела в Орегоне.
В Орегоне же подросток нашёл новую страсть – настольный теннис. Чтобы оплачивать поездки на турниры, он мыл полы в клубе Paddle Palace под Портлендом. Владелец клуба Лу Бохенски в январе 1978 года даже написал в журнал Sports Illustrated, назвав Дженсена, возможно, самым многообещающим юниором Северо-Запада.
В 15 лет парень взял бронзу в парном юниорском разряде на открытом чемпионате США. Параллельно он подрабатывал в закусочной Denny's – сначала посудомойщиком, потом помощником официанта и официантом. Сам Хуанг говорил, что был ужасно застенчив и что именно обслуживание столиков вытащило его из раковины. Школу он окончил в 16.
Карьера
В 1980 году Хуанг поступил на электротехнический факультет Университета штата Орегон и оказался самым юным на курсе из 250 студентов и выглядел как ребёнок среди взрослых.
Магистерскую степень Стэнфорда Хуанг получил в 1992 году на вечернем отделении, совмещая учёбу с полной занятостью и двумя маленькими детьми. В конце 1992 года трое инженеров регулярно собирались в Denny’s ради дешёвого кофе и обсуждали чип, который позволил бы обычному персональному компьютеру рисовать реалистичную трёхмерную графику. 5 апреля 1993 года они зарегистрировали компанию Nvidia.
Название выросло из латинского invidia – «зависть», отсюда и логотип в виде зелёного глаза. Малаховски и Прием были старше, но руководить компанией с первого дня поставили именно Хуанга.
Деньги нашлись благодаря бывшему боссу: основатель LSI Logic Уилф Корриган позвонил легендарному венчурному инвестору Дону Валентайну из Sequoia и попросил встретиться с молодым инженером. Сам Хуанг признаёт, что выступил тогда скверно, – Валентайн так ему и сказал, но деньги всё равно дал.
Первый чип Nvidia, NV1, строил изображение не из треугольников, а из изогнутых поверхностей, и этот подход, как признал потом Хуанг, оказался в корне неверным. Пока компания доделывала второе поколение по той же схеме для новой игровой приставки Sega, Microsoft выпустила графический стандарт DirectX, с архитектурой Nvidia несовместимый.
Довести контракт до конца означало разориться. Хуанг полетел в Токио и честно объяснил тогдашнему топ-менеджеру Sega Сёитиро Иримадзири: если мы закончим вашу приставку, нашей компании не станет. Тот подумал пару дней и предложил вложить в Nvidia 5 миллионов долларов, хотя сам Хуанг предупреждал, что деньги, скорее всего, пропадут.
Этих денег, и то после жёстких сокращений, хватило примерно на полгода. За это время нужно было сделать RIVA 128, чип с полностью аппаратной обработкой трёхмерной картинки. Обычный цикл с пробной партией, поиском ошибок и повторным выпуском компания позволить себе не могла, поэтому чип целиком проверяли в программном симуляторе. Когда инженеры спросили, откуда уверенность, что он выйдет без единого бага, Хуанг ответил: потому что иначе мы закроемся – значит, сделаем идеально.
RIVA 128 вышел в августе 1997 года, когда денег на счету оставалось ровно на одну зарплату, и за четыре месяца разошёлся миллионным тиражом. С тех пор Хуанг годами открывал внутренние совещания одной фразой: «Наша компания в 30 днях от банкротства». В январе 1999 года Nvidia вышла на биржу по 12 долларов за акцию.
Однажды на выездном собрании руководства кто-то спросил, что все будут делать, когда акции подорожают до 100 долларов. Одни обещали побриться налысо, другие покраситься в синий, а Хуанг пообещал набить татуировку. Бумаги до сотни дошли, и на его плече появился логотип компании.
В 2006 году Nvidia представила CUDA – программную платформу, превращающую видеокарту из игрушки для геймеров в универсальный вычислитель. Себестоимость чипов из-за неё примерно удвоилась, выручка не выросла, а капитализация компании рухнула примерно с 12 миллиардов долларов до 3. Хуанг вспоминает, что зал на презентации встретил новинку гробовым молчанием: её никто не просил и никто не понимал.
Ровно так же в 2016 году приняли DGX-1, первый суперкомпьютер Nvidia для искусственного интеллекта. Заказ пришёл от единственного клиента – Илона Маска, который сказал, что у него есть некоммерческая лаборатория. Хуанг сам погрузил коробку в машину, отвёз в Сан-Франциско и оставил в тесном офисе на втором этаже, где сидели исследователи вроде Ильи Суцкевера. Это была OpenAI.
Шесть лет спустя OpenAI выпустила ChatGPT, и выяснилось, что почти все крупные нейросети мира работают на железе, которое держится на CUDA. Спрос на чипы Nvidia превысил всё, что ранее видела отрасль.
Фото: The White House / Wikimedia Commons, Public domain
Личная жизнь
С женой Хуанг познакомился на первом курсе. Лори Миллс досталась ему в напарницы на лабораторных по основам электротехники. Ему было 17, ей 19, и он рассудил, что раз он выглядит как ребёнок, она наверняка считает его вундеркиндом. Поэтому первым делом он предложил проверить её домашнее задание.
В 20 лет он поклялся Лори, что к тридцати станет генеральным директором, хотя, как смеётся теперь, понятия не имел, о чём говорит. Поженились они в 1985 году, а Nvidia Хуанг основал в 1993, ровно в тридцать.
Лори Хуанг держится в тени мужа. Вместе супруги ведут семейный благотворительный фонд: в 2019 году дали 2 миллиона долларов на новое здание общежития и классов для девочек в том самом кентуккийском институте, которое теперь носит имя Хуанга, а в 2022 пожертвовали 50 миллионов родному Орегонскому университету на суперкомпьютерный центр.
Фото: Legion-Media.com
Потом они вместе прошли курс по искусственному интеллекту в MIT, Мэдисон получила MBA в Лондонской школе бизнеса. В Nvidia она пришла в 2020 году, брат – в 2022, оба начинали со стажировок.
Сейчас Мэдисон – старший директор в направлении симуляций и цифровых двойников, Спенсер руководит продуктовой линейкой в робототехнике, и по итогам прошлого финансового года каждый заработал больше 1,2 миллиона долларов. Американская деловая пресса регулярно спорит, не готовит ли отец себе преемников.
Фирменную чёрную кожаную куртку, без которой Хуанг почти не выходит на сцену уже больше двадцати лет, он придумал не сам. По его словам, его одевают жена и дочь, а Лори вообще считает, что от всего остального он чешется. Часы он не носит – говорит, что предпочитает жить моментом. Одна из курток, в которой он выступал в 2023 году, ушла с аукциона почти за миллион долларов.
Сорокалетний брак, который Хуанг столько раз со смехом пересказывал со сцены, осенью 2026 года обернулся публичным признанием: в письме сотрудникам он написал, что изменял жене.
Дженсен Хуанг сейчас
Первая половина 2026 года выглядела для Хуанга как парад побед. В январе на выставке CES в Лас-Вегасе Хуангу вручили Медаль почёта IEEE – высшую награду крупнейшей в мире ассоциации инженеров, к которой прилагается 2 миллиона долларов.16 марта на конференции GTC в Сан-Хосе он объявил, что заказы на чипы Blackwell и новой платформы Vera Rubin до конца 2027 года достигнут триллиона долларов – вдвое больше прошлогоднего прогноза, – а заодно показал проект дата-центра на орбите, правда, без сроков.
8 октября Трамп вручил Хуангу Национальную научную медаль – высшую научную награду США – вместе с Илоном Маском, Сергеем Брином и главой AMD Лизой Су.
Через три недели всё перевернулось. 29 октября The New York Times сообщила, что американские спецслужбы считают Элис Хуанг (она же Хуан Лэ, однофамилица, не родственница) агентом министерства госбезопасности КНР.
Их вместе с Дженсеном Хуангом сфотографировали ещё в июне 2024 года в баре Тайбэя во время выставки Computex. Поначалу Хуанг говорил Bloomberg, что общение с ней касалось только бизнеса и было совершенно нормальным. Nvidia называла Megaspeed обычным региональным клиентом.
Но после сообщения The New York Times Хуанг разослал сотрудникам письмо, которое компания тут же опубликовала. «Я был неверен жене. Мои поступки причинили боль ей и нашим детям. Мне нет оправдания», – написал он, взял на себя всю ответственность и попросил оставить семью в покое. Имя женщины, с которой он изменял, в письме не прозвучало.
Совет директоров объявил независимое расследование с привлечением внешних юристов, оговорившись, что пока не видит признаков утечки секретов компании или угрозы национальной безопасности. Хуанг остаётся генеральным директором. Обвинений ни ему, ни Элис не предъявлено, МИД Китая назвал историю о шпионке клеветой.
Акции Nvidia после новостей подешевели больше чем на 4%. Трамп заступился за Хуанга, назвав его порядочным человеком. Республиканцы в Конгрессе пригласили его дать показания 18 ноября, демократ Элизабет Уоррен потребовала ответов от компании.
Дарья Кошкина, редактор
Дата создания
Источники изображений:
NVIDIA Taiwan / Wikimedia Commons, CC BY 2.0,
Nvidia,
@retrowallstreet,
The White House / Wikimedia Commons, Public domain,
Legion-Media.com,
социальные сети