«Мы родились на съёмочной площадке»
Осенью 1987 года на экраны ABC вышел ситком «Полный дом». В центре сюжета был отец-одиночка, который воспитывает трёх дочерей при помощи двух лучших друзей.Младшую из дочерей, Мишель Таннер, сыграли девятимесячные близняшки Олсен. Практика распространённая: американское трудовое законодательство жёстко ограничивает время работы детей на съёмочной площадке. Одна заканчивала смену, другая заступала на её место.
К тому времени сёстрам было по восемь лет, и они уже давно перестали быть просто актрисами. Их продюсерской компании Dualstar Entertainment – той самой, через которую пройдут все их будущие фильмы, – к тому моменту исполнилось несколько лет. Конечно, делами руководили их родители при помощи юристов, но лицами компании стали именно близняшки.
Империя VHS
Настоящая слава пришла к девочкам благодаря расцвету видеопрокатов. В начале 90-х, когда стриминга а-ля Netflix не существовало в природе, а телевизионный рынок детского контента был беден, компания Dualstar нащупала работающую формулу: снимать недорогие семейные комедии и выпускать их сразу на кассетах, минуя кинотеатры. Это избавляло от дорогостоящей рекламы и гарантировало аудиторию.Первой ласточкой стала рождественская история «Прячься, бабушка! Мы едем» (1992). Семилетние близняшки тайком от мамы отправляются к бабушке, не зная ни адреса, ни маршрута. По пути их похищают, а потом уносит упряжка Санта-Клауса.
В «Весёлых деньках», к слову, дебютировала на экране их младшая сестра, шестилетняя Элизабет, которую через двадцать лет весь мир узнает как Алую Ведьму из вселенной Marvel. И сегодня она, положа руку на сердце, известна куда больше старших сестричек.
Формула работала безотказно. Узнаваемые лица, простые сюжеты, безопасный контент – родители без раздумий брали очередную кассету с комедией на вечер. Параллельно компания продавала мерч: книги из серии «Приключения Мэри-Кейт и Эшли», куклы, одежду, косметику и духи, канцелярию. К концу десятилетия близняшки Олсен стали одним из самых прибыльных детских брендов Америки.
Провальный переход в большое кино
В 2002 году Мэри-Кейт и Эшли исполнилось шестнадцать. Детская аудитория взрослела вместе с ними, формула VHS начинала давать сбои, и Dualstar сделала ставку на переход в «настоящее» кино – с прокатом, рекламными кампаниями и более взрослыми темами.«Мгновения Нью-Йорка» (2004) должны были стать точкой отсчёта новой карьеры. Семнадцатилетние близняшки – примерная отличница и рок-бунтарка – несутся через Манхэттен за один безумный день: коллизии с перепутанными сумками, погони, криминальный мир.
Сравнение с ровесницами было не в пользу Олсен. Хилари Дафф к тому времени уже примеряла более серьёзные роли. Линдси Лохан, при всей «чернухе» вокруг её имени, делала попытки работать с серьёзными режиссёрами. У Олсен же за плечами был только огромный, хорошо смазанный механизм детского развлечения, и никакого опыта существования вне него. Эшли ушла из кино тихо, почти без объяснений, ещё до выхода «Мгновений». Мэри-Кейт продержалась чуть дольше, но к 2007 тоже прекратила сниматься. «Мгновения Нью-Йорка» стали их последней совместной работой.
Чёрная полоса
Уход из кино не обернулся исчезновением сестёр из медиапространства, скорее, наоборот. Середина 2000-х стала для сестёр временем, когда вместо кинорецензий о них писали таблоиды, и увы, поводы были в основном скандальными.В 2004 году Мэри-Кейт прошла курс лечения от анорексии, и это мгновенно стало главной темой бульварных изданий. Паразитирующий интерес прессы к весу актрис был нормой той эпохи, и Олсен стали очередными жертвами.
Январь 2008 вновь поставил Мэри-Кейт в центр совершенно нежеланного внимания. После гибели Хита Леджера следователи выяснили, что в числе последних звонков актёра был номер массажистки, услугами которой пользовалась и Мэри-Кейт.
Именно тогда сёстры окончательно выработали защитную стратегию, которой придерживаются до сих пор: мешковатые пальто до земли, огромные солнцезащитные очки, бумажный стакан кофе в руке и полное игнорирование журналистов. Папарацци всё равно снимали их, но получали только визуальный образ, богемный и подчёркнуто холодный, со временем прикипевший к сёстрам Олсен.
Мода как вторая попытка
В 2006 году, пока пресса ещё гадала, вернутся ли сёстры на экран, Мэри-Кейт и Эшли тихо запустили собственный модный дом. Назвали его The Row – отсылка к лондонской Сэвил-роу, улице, которая уже несколько веков является синонимом безупречной портновской работы.Индустрия отреагировала настороженно. У каждой второй голливудской актрисы есть именная коллекция, и обычно это не более чем красивый способ срубить денег на узнаваемой фамилии. Олсен, казалось, шли по той же дорожке.
Когда в 2012 году Совет дизайнеров моды Америки (CFDA) присудил The Row премию в категории женской одежды, скептики умолкли. Потом присудил ещё раз. Сегодня базовое пальто из новой коллекции The Row стоит несколько тысяч долларов. Многие покупатели понятия не имеют, что основательницы марки когда-то делили на двоих одну роль в детском ситкоме.
Что с сёстрами Олсен сейчас
Мэри-Кейт успела побывать замужем за французским банкиром Оливье Саркози, братом бывшего президента Франции. Они поженились в 2015 и развелись в 2021 году. С тех пор её личная жизнь – белое пятно: ни подтверждённых отношений, ни публичных появлений сверх необходимого.
Зато им удалось избежать ловушки, в которую попало большинство детей-актёров, прославившихся в 90-е. Они не пытались доказать свою «взрослость» и самодостаточность чередой скандалов, как Линдси Лохан, через скандал, не шли в реалити-шоу, как Джоди Суитин. Они переключились на другую сферу и оказались в ней неожиданно хороши.
