Мария Гладких
Мария Гладких – российская журналистка, телеведущая и блогер. Зрители помнят её по новостным выпускам «России 24» и репортажам из Турции; она же выступала модератором эфира «Прямой линии» с Владимиром Путиным. В 2020-м Гладких ушла с федерального канала и построила вторую карьеру – онлайн-школа LIVA, музыка под псевдонимом Maria G, блог почти на 780 тысяч подписчиков. 8 августа 2026 года она рассказала аудитории, что у неё нашли меланому.
Детство и семья
Родилась 19 октября 1990 года в Твери, в смешанной семье: мать русская, отец турок. В справочниках она проходит под двойным именем – Мария Дилек, и турецкая половина биографии тут не декоративная деталь, а рабочий инструмент.Языки в этой семье начались раньше школы. Английский мать дала дочери с трёх лет: курсы, фильмы и сериалы с субтитрами дома. В юности Мария фанатела от Мэри-Кейт Олсен – выписывала реплики её героинь и заучивала наизусть. К тринадцати годам свободно говорила по-турецки и немного по-арабски, а в девятом классе взялась за испанский, потому что влюбилась в Наталью Орейро. Португальский, по её словам, дался на слух – учебников она не открывала.
Есть и менее парадная школьная деталь. Гладких рассказывала, что опаздывает всю жизнь: в тверской школе она почти никогда не попадала на первый урок, и та же история продолжилась на журфаке МГУ.
Карьера
После журфака Мария какое-то время работала переводчиком в Мадриде, а вернувшись, устроилась на «Москву-24»: «Это мы», «Москва с акцентом», «Прямо и сейчас». В проекте «Это мы» съёмочная группа ставила эксперименты над прохожими – проверяла, уступят ли инвалиду место, помогут ли с машиной, отдадут ли свою куртку замерзающему. Ведущая участвовала в этих сюжетах сама, то есть проверяла Москву на отзывчивость собственным телом, а не из-за кадра.Параллельно шла турецкая линия, о которой в биографических справках обычно не пишут. В 2010-м Гладких сыграла подружку невесты в сериале «Geniş Aile», а через год снялась в документальном проекте в образе наложницы султана. Оттуда потянулось приглашение в клип Таркана. Знакомы они были заранее: познакомились за год до съёмок на его московском концерте, она водила певца по столице, так и подружились. Снимали клип на песню «Adımı kalbine yaz» – по сюжету двое шли навстречу друг другу по улицам Стамбула.
Азербайджан, объясняла она потом, дался легко – турецкая культура была знакома с детства, через отца и его родню.
Уход с канала выглядел нелогично со стороны и логично изнутри. Гладких признавалась прямо: на прежней работе стало скучно. В 2020 году она уволилась и переехала в Стамбул, о котором мечтала с четырнадцати лет. Дальше – блог, музыкальный проект Maria G и авторский проект для женщин, построенный вокруг телесных практик. Сегодня это онлайн-школа танцев и фитнеса LIVA, выросшая из марафонов «Танцуй с Гладких».
Личная жизнь
О романах Гладких публично не рассказывает – закрытая тема, и попытки прессы её открыть обычно упираются в молчание. Живёт фактически на два города: Стамбул считает вторым домом, но Москву не бросает. Из того, что она показывает охотно, – языки и книги. Дома собирает библиотеку, где под каждый язык планируется отдельная полка: русский, испанский, турецкий, английский, португальский. Метод, который сейчас пропагандирует, простой: читать вслух по две-три страницы в день. Признак хорошего занятия, по её версии, – когда после чтения устал рот.Мария Гладких сейчас
Лето 2026-го она провела в режиме предпринимателя: распродажа абонементов в LIVA, двухмесячная программа по осанке, старт марафона по сальсе 10 августа, уроки испанского с преподавателем, влог-ответ хейтерам, куда она вложила собственные телеархивы с «России 24».8 августа тон её блога изменился. «У меня рак кожи, у меня нашли меланому», – сказала Гладких на опубликованном видео. Диагноз выявили на плановом чекапе у дерматолога: врачу не понравилась одна из родинок, дальнейшее обследование подтвердило злокачественный характер.
Среди свежих записей в её канале, между постами о диагнозе и о распродаже, есть и такая: Гладких сходила на первую в жизни хатха-йогу. Много лет назад в Твери преподаватель сказал ей после занятия, что йога не для неё – нужна гибкость. С тех пор, пишет она, на йогу стоял внутренний блок.
