Приемные Вредители

Печальная история о судьбе 4-летнего Глеба Агеева, над которым, как утверждает пресса, периодически издевались приемные родители, стала темой номер один минувшей недели.

Она затмила не только политические события, но и финансовый кризис! Ничего удивительного: сердце просто разрывается, когда вглядываешься в лицо малыша.

Да там и лица-то не осталось!

Ну, как могла подняться рука на него!?

Не представляю, как, с какой силой и, главное, в какое место можно бить (даже один раз ударить!) такую малюточку: по улыбающемуся вам личику, по нежному тельцу, по ножкам, по ручкам?

И, главное, – за что?

В чем может провиниться ребенок, которому всего четыре года?! В чем может провиниться ребенок, которому всего четыре года, чтобы его так жестоко и сурово наказывать. Самое страшное, что мог натворить этот несмышленыш – намочить любимый папин диван или случайно разбить любимую мамину чашку…

Бьюсь об заклад, если бы эта драма случилась где-нибудь в США (как это, к несчастью, часто происходит с усыновленными в России детьми), наши чиновники из органов опеки, милиции, прокуратуры и пр. в очередь выстроились бы, чтобы выказать гнев вперемежку с проклятиями в адрес американских попечителей. Но никто из них не ведал, что происходит у них под носом.

Никто!

Ни органы опеки, ни милиция, ни прокуратура.

Больше того, все они явили такое редкое равнодушие, что впору сравнить его с цинизмом. Даже врачи из московской больницы не побоялись вернуть измученного ребенка… истязателям! И лишь после неоднократного вмешательства прессы блюстители закона и морали вспомнили о своих обязанностях. Столпились вокруг него. Нагромоздились. И социальные службы, и менты, и прокуроры, и депутаты, и члены Общественной палаты – пожарных только и не хватает! «Мы возьмем это дело под особый контроль», - говорят они хором, не дадим, дескать, Глеба в обиду.

Поздно.

Глеба уже обидели.

Раньше надо было о нем и о тысячах таких же, как Глеб, сиротах думать. До того, как эта история превратилась в уголовное дело. Если бы деятельность попечительских служб была под надзором прокуратуры и др. контролирующих органов, с Глебом ничего бы не случилось. Как можно было отдать его в руки таким, с позволения сказать, родителям? Лишь ненормальные люди, лишь клинические больные могли и могут так издеваться над детьми.

Как можно было не разглядеть в них извергов?

Даже если у них – у приемной матери и приемного отца – была куча справок о том, что у них все в порядке с головой, такую клинику просто невозможно скрыть. Но почему-то ее не заметили ни врачи, ни органы опеки. Боюсь, что это могло случиться только в одном случае.

Если они закрыли на нее глаза.

Или им их закрыли.

Деньгами…

Поделитесь с друзьями